|
Home Социальная психология
Социальная психология - Состав, размер и структура группы PDF Печать E-mail
Индекс материала
Социальная психология
Вербальные средства коммуникации
Создание новых слов и выражений
Теория разговора
Кодирование
Разговор и гендерные различия
Невербальные средства коммуникации
Индикатор социального статуса
Пластика (позы и жесты)
Прикосновение (тактильный контакт)
Межличностная дистанция
Проблема сочетания каналов коммуникации и ложь
Коммуникация и ложь
Невербальные средства
Социальная установка и поведение
Компоненты установки
Основные этапы исследования установки
Установка и поведение
Диспозиционные факторы
Теории непланируемого поведения
Теория самопонимания
МОДЕ – модель, как синтетическая теория поведения
Формирование установок: теории и исследования
Процесс формирования установок
Модель параллельного процесса: убеждение и внушение
Психология и поведение групп
Состав, размер и структура группы
Роль лидера
Групповые нормы
Психология групповой деятельности
Теория конфликта внимания
Метод действия – «мозговой штурм»
Групповые процессы
Группомыслие
«Мы» и «Они»
Внутригрупповой фаворитизм и межгрупповая дискриминация
Неудовлетворительное социальное сравнение
Социальные стереотипы, предубеждения и дискриминация
Социальная дискриминация
Относительная депривация
Знакомство и контакты
Итог процесса: соглашение
ГЛОССАРИЙ
Все страницы

Итак, мы выяснили, что группа предполагает взаимозависимость и взаимодействие своих членов, вследствие чего у них возникают общие переживания, развиваются и устанавливаются эмоциональные связи, а также формируются определенные групповые роли.

Вместе с тем, несмотря на сходство принципов формирования, группы отличаются друг от друга по многим параметрам. Они могут различаться по размеру, составу, т.е. по «внешнему виду» – возрастной, гендерной, этнической, социальной принадлежности своих членов. Кроме того, группы отличаются одна от другой структурно. Подробно о компонентах структуры мы поговорим ниже. Сейчас же обсудим более очевидную характеристику группы – ее размер.

1.4. Размер группы

На протяжении всей истории изучения групп исследователи пытались установить оптимальный размер группы, необходимой для решения тех или иных задач. Но дело в том, что любая группа так или иначе участвует в решении каких-то задач и проблем для достижения своих целей. Вот только проблемы, решаемые различными группами, существенно различаются. У семейной группы они одни, у спортивной – другие , у учебной – третьи и т.д. Поэтому ставить вопрос вообще об оптимальном размере группы бессмысленно. Так что прежде чем говорить о размере группы, необходимо уточнить, о какой конкретно группе идет речь.

Вопрос о размерах группы – вполне прагматический. Чтобы в этом убедиться, достаточно задуматься о том, из скольких человек должна состоять академическая студенческая группа, чтобы каждый учащийся и группа в целом могли максимально эффективно пользоваться всеми учебно-методическими и научными ресурсами вуза? А каким по численности должен быть школьный класс?

Американские социальные психологи (а мы уже знаем, что основной массив исследований групп приходится на США) традиционно занимались проблемой оптимального размера двух разновидностей групп. Во-первых, групп, предназначенных для решения интеллектуальных задач, а, во-вторых – жюри присяжных, которые, как известно, играют в американском правосудии исключительно важную роль, определяя виновность или невиновность подсудимых в наиболее громких и социально значимых судебных процессах.

Относительно первых, т.е. нацеленных на решение интеллектуальных задач групп, высказывались различные точки зрения. Так, П. Е.Слейтер (1958) полагал, что наиболее эффективной является группа из 5 человек, которая занимается сбором информации, ее обсуждением и принятием решения.

В то же время А. Осборн (1957) утверждал, что идеальный размер такой группы колеблется от 5 до 10 человек (Kelley H. & Thibaut J.,1969).

К группам, решающим интеллектуальные задачи методом «мозговой атаки», мы еще вернемся в дальнейшем. Пока же попытаемся понять суть проблемы идеального размера жюри присяжных.

Дело в том, что традиционно в Англии, США и Канаде в судебном разбирательстве участвовало жюри из 12 заседателей, которые и должны были принимать единодушное решение. Если же хоть один член группы был против, то решение жюри не вступало в силу. Но в 1966 г. в Великобритании изменились требования, и теперь необходимо было получить согласие лишь 10 из 12 членов жюри. Дальше – больше , в 1970 г. Верховный Суд США постановил, что достаточно жюри из 6 человек и что оно способно так же успешно выполнять свою задачу, как и жюри из 12 заседателей. Обосновывая свое решение, Суд ссылался на данные исследований, которые, как оказалось впоследствии, были основательно искажены.

Понятно, что компактное жюри из 6 человек быстрее и проще сможет достичь единогласия, но не придет ли эта простота в противоречие с принципами объективного правосудия? Пытаясь понять, к каким последствиям в данном случае могло привести изменение размера группы Норберт Керр и Роберт МакКаун (1985) провели имитативное исследование, в котором студенты колледжа, выступая в качестве «жюри присяжных», рассматривали серию случаев «вооруженных ограблений». Участники должны были играть «жюри», состоящее из 3, 6 или 12 человек, и рассматривать каждое «дело» в течение максимум 10 минут. Кроме того, Керра и МакКауна интересовал сам процесс рассмотрения дел, поэтому некоторые, выбранные наугад «жюри», принимая решения, применяли тайное, а другие открытое голосование (Зимбардо Ф., Ляйппе М., 2000).

Хотя все вымышленные дела были составлены так, что по ним невозможно было прийти к однозначному решению (аргументы обвинения и защиты были уравновешены), тем не менее, некоторые из дел оказались для студенческого жюри легко решаемыми: по одним из них были приняты оправдательные, по другим – обвинительные решения. Помимо того, выяснилось, что размер группы влиял на принимаемые решения. Большие группы (12 человек) очень сложно и трудно достигали единогласного решения, в отличие от групп из 6 человек и уж тем более – из 3 человек.

Более детально изучив аспекты различных «дел» и специфику самого процесса обсуждения, МакКаун и Керр обнаружили, что результаты тайного голосования зависели как от размера «жюри», так и от специфики рассматриваемого «дела». Когда случай был достаточно ясным, то способ голосования не влиял на исход решения. Таким образом, как показали результаты имитативного исследования работы судебного жюри, размер группы – это не просто ее описательная характеристика, он является важным фактором, влияющим на течение внутригрупповых процессов. Так, скажем, большой группе трудно принять единодушное решение. Кроме того, если решение принимается путем открытого голосования, т.е. публично, а суть дела не очень ясная, тогда отдельные члены группы в небольших по размеру «жюри» легко уступают давлению большинства. Тайное голосование группы из 3 человек в неопределенных случаях приводило к тому, что дело так и оставалось нерешенным. В жюри большого размера, напротив, такое случалось редко, ну и т.д.

Жизненно важное значение численность группы приобретает в тех случаях, когда ей предстоит работать в экстремальных условиях. Это и подводные лодки, где и без того немногочисленный экипаж рассредоточен в автономных отсеках, орбитальные космические станции, арктические и антарктические экспедиции, грузовые и рыболовные суда, пограничные заставы, бункеры стратегических ракетных установок и т.д., словом, все те места, где люди длительное время находятся в условиях вынужденной групповой изоляции (Лебедев В.И., 2001). Очень часто замкнутость относительно небольших групп, обусловленная либо технико-технологическими, либо экономическими причинами, но также незнанием и равнодушием, психологической безграмотностью организаторов и руководителей, приводит к конфликтам, психическим расстройствам и заболеваниям, самоубийствам и убийствам среди членов групп, оказавшихся в изоляции. Это явление известный полярный исследователь Р. Амундсен назвал «экспедиционным бешенством», а другой, не менее известный путешественник Тур Хейердал – «острым экспедиционитом» (Лебедев В.И., 2001).

Чтобы снять остроту проблемы «экспедиционного бешенства» американские исследователи А. Харрисон и М. Коннорс (1984) рекомендуют там, где это возможно, например, на экспедиционных станциях Антарктиды, размещать максимально многочисленные группы. Такие группы дают больше возможностей для широкого взаимодействия и общения (Harrison A. & Connors M., 1984).

Там же, где увеличение группы невозможно, например, из-за технических причин (скажем, экипаж космического корабля) психологи советуют формировать группы по принципу психологической совместимости (Лебедев В.И., 2001). Правда, задача эта до сих пор со многими неизвестными.

Размер семейной группы затрагивает еще один аспект данной проблемы. Как известно, традиционная семья состояла из нескольких поколений. Именно многочисленность традиционной семьи обеспечивала во многом ее стабильность и долговременность. Современная нуклеарная семья (родители и дети до совершеннолетия) малочисленная, а потому и неустойчивая. Конечно, в данном случае важен не только размер семейной группы сам по себе, поскольку это еще и вопрос семейных ценностей – т.е. установок в отношении семьи как социальной ценности. Тем не менее, многочисленность семейной группы можно рассматривать как стабилизирующий фактор самосохранения семьи (Мацумото Д., 2002).

Как видим, вопрос относительно вообще идеального размера группы ставить неправомерно. Во-первых, нет единого критерия для определения успешности и эффективности всех групп во всех отношениях и в любых условиях. Небольшие группы могут быть более предпочтительными для самих членов группы, поскольку в них каждый имеет возможность максимально полно выражать свое мнение и удовлетворять собственные интересы. С другой стороны, увеличение числа членов группы может принести ей пользу, т.к. новые люди способны внести разнообразие, обогатить группу новыми знаниями и умениями.

Большие группы, напротив, могут способствовать снижению активности своих членов (о чем мы еще будем говорить впереди), ухудшению психологического климата. Но в маленькой группе человек всегда рискует остаться в меньшинстве, в одиночку, тогда как в большой группе ему легче найти единомышленников.

Во-вторых, размер группы должен соотноситься со сложностью решаемой задачи. Выполнение одних задач подсилу одиночке, тогда как для решения других требуется участие многих людей.

В-третьих, размер группы должен зависеть от того, насколько структурирована задача, т.е. разложима на подзадачи. Если она сложно структурирована и включает в себя ряд этапов или предполагает выполнение нескольких действий одновременно, то понятно, что здесь легче справится многочисленная группа. Кроме того, при определении размера группы, необходимо учитывать ее тип, обстоятельства, в которых ее предстоит действовать, а также возможную продолжительность ее существования.

1.5. Структура группы

Структура группы является системой групповых ролей, норм и взаимоотношений членов группы между собой. Все эти элементы групповой структуры могут возникнуть стихийно, в процессе становления группы, но могут быть установлены специально организаторами группы. Структура обеспечивает единство членов группы, поддерживает ее функционирование, жизнедеятельность. Кроме того, поскольку структурные характеристики у каждой группы свои, структура является выражением специфики той или иной группы, ее направленности, сущности, устойчивости, постоянства.

Каждый из перечисленных элементов структуры достаточно хорошо изучен в социальной психологии и социологии и поэтому заслуживает отдельного разговора.

1.6. Роль, ролевые ожидания и статус

В начале книги, обсуждая ролевые теории, мы ввели понятия «социальная роль» и «ролевые ожидания». Что касается роли, то она связана с выполнением тех или иных функций человеком, занимающим определенную социальную позицию. Ролевые ожидания – это представления о том, что должен делать человек, играющий конкретную социальную роль. Ролевое разделение, как только что было сказано, является характеристикой групповой структуры.

Малые группы делятся на формальные и неформальные. Основное различие между ними состоит в том, что первые создаются и организуются целенаправленно, в то время как вторые обычно возникают стихийно. Так вот, в зависимости от того, какой является группа – формальной или неформальной – ролевое разделение также происходит либо целенаправленно, либо спонтанно. В формальных группах, как правило, роли определяются и предписываются конкретным людям заранее. Типичным в этом отношении является назначение официального руководителя (лидера). Но в любой формальной группе параллельно идет самопроизвольное ролевое распределение. Так, довольно часто наряду с формальным руководителем в группе появляется неформальный лидер, обладающий, тем не менее, даже большим, чем формальный руководитель, влиянием. Впрочем, о проблеме лидерства мы поговорим чуть позже. Сейчас же продолжим разговор о ролевой дифференциации в группе.

Когда группа еще только формируется, роли ее членов не очень четко определены. Но затем происходит достаточно неоднозначный процесс вычленения тех или иных ролей. Например, в любой студенческой группе определяется «комик», «самый умный» и «самый тупой», «самый справедливый», «самый хитрый», «сексапильный» и т.д. член группы. Когда же группа уже сложилась и какое-то время функционирует, то для новичка, только что вступающего в группу, может быть заранее отведено определенное место, как правило, не очень престижное.

Понятно, что не все роли в группе пользуются одинаковым уважением и, соответственно, обладают равным статусом. По мнению исследователей, людям, как, впрочем, и почти всем приматам, свойственна тенденция организовываться на основе статусных различий и статусной иерархии. В любом социальном сообществе всегда выстраивается определенная система соподчинения авторитетов, поэтому людям присуща «борьба за статус» (Моррис Д., 2002).

Основания для возникновения статусных различий могут меняться от группы к группе. Степень статусности тех или иных характеристик может зависеть от возраста, уровня образования, пола, культурной принадлежности членов группы, характера ее деятельности, направленности и т.д.

Социологи Дж. Бергер, С. Розенхольц и Дж. Зелдич разработали в этой связи модель, названную теория статусных характеристик, для объяснения того, как возникают статусные различия. Согласно данной теории основанием для неравенства статусов являются те различия, которые имеются у индивидов – членов группы. Авторы полагают, что люди видят и оценивают различия, имеющиеся между ними, и на этом основании создают друг о друге представления. Поэтому статусной может стать любая характеристика человека, отличающая его от других. Так, например, в развитых странах высокий уровень интеллекта, профессионализм и научные достижения являются основанием для высокого статуса в университетах, в то время как в российских вузах таким основанием очень часто оказываются бесхребетность, лживость, льстивость, угодничество и т.д.

В различных исследованиях было выявлено, что статусными могут оказаться такие характеристики, как способности, военные чины и звания, напористость, демонстрируемая озабоченность групповыми целями и т.п. В целом же исследователи установили, что в западных культурах большими шансами на высокий статус обладают мужчины, люди белой расы, пожилые в отличие от женщин, чернокожих и молодежи (Уилк Х. и Книппенберг Э., 2001).

Необходимо отметить также, что статусные характеристики могут быть как конкретными, так и диффузными. Конкретные характеристики напрямую связаны с теми задачами, которые решает группа. Так, например, если группа выполняет тяжелую физическую работу, то те ее члены, которые обладают большей физической силой, могут иметь в ней высокий статус, т.е. пользоваться в ней уважением и авторитетом. В группах, занятых сложным производством, высокий статус членов может предопределяться мастерством, опытом, интеллектом и т.д.

Диффузные характеристики напрямую не замыкаются на задаче, но тем не менее также могут предопределять статус. К таким характеристикам относятся пол, национальность, возраст и т.д. Если, допустим, компания мужчин и женщин выехала в лес на отдых, то распределение ролей, а, следовательно и статус каждого, скорее всего будут зависеть от гендерных стереотипов. Так например, мужчины, как само собой разумеющееся займутся постановкой палаток, костром и другими «мужскими» делами. А женщины, соответственно, «женскими» – приготовлением пищи, устройством быта и т.п. При этом будет предполагаться, что мужчины более успешны в «серьезной» деятельности - костер, палатка, рыбалка, дрова, а женщины – в «несерьезной»: пища, быт, уют. Хотя очень может быть, что для данной группы было бы лучше, если бы роли распределились совсем иначе, так как имеется немало неумелых мужчин, которые не в состоянии ничего хорошо сделать и лучше бы это сделала умелая женщина. Как, впрочем, и наоборот, может статься так, что некоторых женщин лучше близко не подпускать к приготовлению пищи.

Если взять другой пример, скажем, семейную группу, то статусность диффузных характеристик в ней может предопределяться типом культуры. Как известно, роль «главы семьи» в патриархальных культурах отводится мужчине, а вот роль «воспитателя детей» – женщине. Понятно, что статусной характеристикой в семье окажется и возраст членов семейной группы. Таким образом, даже в небольшой семейной группе всегда возникает иерархия статусов, связанная с гендерной и возрастными характеристиками членов семьи.



 
OD