|
Home Социальная психология
Социальная психология - Создание новых слов и выражений PDF Печать E-mail
Индекс материала
Социальная психология
Вербальные средства коммуникации
Создание новых слов и выражений
Теория разговора
Кодирование
Разговор и гендерные различия
Невербальные средства коммуникации
Индикатор социального статуса
Пластика (позы и жесты)
Прикосновение (тактильный контакт)
Межличностная дистанция
Проблема сочетания каналов коммуникации и ложь
Коммуникация и ложь
Невербальные средства
Социальная установка и поведение
Компоненты установки
Основные этапы исследования установки
Установка и поведение
Диспозиционные факторы
Теории непланируемого поведения
Теория самопонимания
МОДЕ – модель, как синтетическая теория поведения
Формирование установок: теории и исследования
Процесс формирования установок
Модель параллельного процесса: убеждение и внушение
Психология и поведение групп
Состав, размер и структура группы
Роль лидера
Групповые нормы
Психология групповой деятельности
Теория конфликта внимания
Метод действия – «мозговой штурм»
Групповые процессы
Группомыслие
«Мы» и «Они»
Внутригрупповой фаворитизм и межгрупповая дискриминация
Неудовлетворительное социальное сравнение
Социальные стереотипы, предубеждения и дискриминация
Социальная дискриминация
Относительная депривация
Знакомство и контакты
Итог процесса: соглашение
ГЛОССАРИЙ
Все страницы

Этот прием широко задействован в рекламе и идеологии. Как пример рассмотрим название одного из психотерапевтических направлений – нейролингвистическое программирование (НЛП). Очевидно, что уже само это название создавалось с расчетом на рекламный эффект, а проще говоря, является рекламным трюком. Ведь у людей, далеких от психологии, не знающих ни ее истории, ни направлений (в том числе и терапевтических), сочетание звучащих туманно-многозначительно слов “нейролингвистическое”, да еще “программирование” порождает представление о чем-то настолько технически надежном и безотказном (по аналогии с компьютерным программированием, как призналась автору студентка-первокурсница), что пресловутое НЛП начинает восприниматься ими, как психотерапевтическая панацея, а практики НЛП, как таинственные, всемогущественные колдуны, маги или как некие оккультные мастера “зомбирования”. Хотя за лукавым названием скрывается обычное для психотерапии средство – изменение установок у людей. Надо иметь в виду, что таких пышных, многозначительных названий, скрывающих суть, в разговорах, в рекламной деятельности, в пропаганде используется очень много.

Ту же рекламную или идеологическую цель преследует неправильное использование слов и применение “пустых” слов. Последнее, кстати, отмечал еще Г. Лебон, говоря, что слова “демократия”, “равенство”, “братство” (добавим “прогресс”), хотя и бессмысленны по со-держанию, но обладают взрывной силой воздействия на слушателей в определенных ситуациях.

2.4. Выбор грамматических форм

Согласитесь, что неодинаковый смысл содержится в высказываниях: “Преподаватель Х поставил студенту Y двойку” и “Студент Y получил двойку у преподавателя Х”. Если в первом случае сразу представляется зловредный Х, ставящий несчастному Y двойку, то во втором – Y получает свою вполне заслуженную двойку у Х. Выбор активной или пассивной форм оказывает влияние не только на восприятие причинных отношений, но и приводит к переосмыслению ситуации в отношении того, кто является “главным действующим лицом”, т. е. тем индивидом, о ком говорят.

2.5. Выбор последовательности слов

В предыдущих разделах мы уже упоминали о “законе края”, открытом Германом Эббингаузом, согласно которому лучше всего запоминается первая (“эффект первичности”) и последняя (“эффект новизны”) информация. Таким образом, выбор последовательности характеристик человека или описываемых событий способен создать нужный смысл и произвести требуемое впечатление. Кстати, Соломон Аш, чью теорию личностных черт мы уже обсуждали, в своем исследовании конформизма (1946), о котором мы будем говорить позже, также использовал принцип последовательности для формирования впечатления у испытуемых.

2.6. Расстановка ударений, интонация, тон голоса и т. д.

Р. Блакар обозначает эти приемы как “суперсегментные характеристики”. Но здесь мы, собственно, уже имеем дело с паралингвистическим оформлением речи.

2.7. Паралингвистический канал

Тон голоса, высота звука, интонации, скорость речи, вокализации и т. д. – т. е. все то, что относят к паралингвистическим средствам коммуникации, также несут и передают смысл, хотя непосредственно языком не являются. Если коротко охарактеризовать суть паралин-гвистического канала, то можно сказать, что он сообщает не о том, что говорится, а как это делается. Паралингвистические средства включают в себя как речевые модификации – высота голоса, ударение, темп, ритм речи, паузы, так и вокальные модуляции – смеющийся, плачущий, стонущий, воющий голос, а также разного рода покашливания, всхлипывания, покряхтывания, стоны и т. д. Блакар приводит пример простого предложения “Он меня ударил”, где с помощью подчеркивания ударения на одном из трех составляющих его слов, можно изменить смысловое значение сказанного, отвечая на три разных вопроса:

1. Кто же тебя ударил? – Он меня ударил.

2. Что он тебе сделал? – Он меня ударил.

3. Кого это он ударил? – Он меня ударил.

Вокализация голоса, каким произносятся слова или фразы, может порой нести большую смысловую нагрузку, чем сами слова, а иногда даже перечеркивать смысл слов. Так, например, если на пляже вы услышите, как кто-то весело, смеющимся голосом кричит “Спасите!”, вам, скорее всего, не придет в голову бросаться спасать кричащего, поскольку в данном случае крик “Спасите!” будет свидетельствовать не об опасности, а о чем-то другом.

Говоря в общем, можно утверждать, что анализ паралингвистического сопровождения речи дает не меньше сведений, чем анализ самой речи. Так, скажем, низкий тон голоса может свидетельствовать о вежливости, скуке, грусти, в то время как высокий – о гневе, злобе, страхе, удивлении, вообще о возбуждении и даже о лжи.

Характеризуя интонации, Роджер Браун использует понятие “социальный регистр”, которым он обозначает способ выражения сообщений, адресованных определенному типу слушателей (Brown R., 1986). Чтобы лучше понять, о чем идет речь, вспомните, как взрослые люди разговаривают с маленькими детьми, какие при этом отмечаются лингвистические и паралингвистические особенности в их обращении. Это и предельно простые слова, и короткие предложения, нарочитое, преувеличенное интонирование голоса, разного рода сюсюканье, либо подчеркнуто правильное, выразительное произнесение слов, либо, наоборот, намеренное их коверканье в подражание ребенку. Эти характерные особенности разговора с маленькими детьми, иначе регистр данного типа, присущ всем культурам (в одних он более выражен, в других – менее).

Этот регистр легко распознается даже в том случае, когда не видно, с кем разговаривает взрослый. Правда, иногда можно и ошибиться, поскольку (и эта интересная деталь о многом говорит) людям свойственно использовать этот же регистр, разговаривая с домашними животными.

И не только. Специальные исследования и обычные житейские наблюдения свидетельствуют о том, что речь обслуживающего персонала больниц, домов для престарелых, других социальных учреждений имеет ярко выраженное сходство с речью взрослых, адресованной детям (Caporael L., 1981). Тем самым работники сферы социального попечительства и медицинского обслуживания, как и взрослые в отношениях с детьми, подчеркивают факт несамостоятельности своих подопечных, их зависимости от других. Этим выражается, разумеется, и их покровительственное отношение к ним, факт их более высокого социального статуса. Таким образом, дети, старики, больные и животные оказываются удобными мишенями для самоутверждения (о том, какие последствия это может иметь для пожилых людей, мы уже знаем).

Итак, как мы выяснили, коммуникатор (отправитель информации) кодирует свое сообщение. Задача слушателя (получателя информации) состоит в том, чтобы его декодировать и понять, какими намерениями и интересами движим говорящий. Для выполнения этой задачи люди полагаются на различные общепринятые правила и негласные соглашения, принятые в данной культуре и считающиеся само собой разумеющимися. Другими словами, коммуникация всегда имеет общие основания, о чем уже говорилось раньше. Это служит определенной гарантией того, что сообщение отправителя декодируется получателем, как правило, в более или менее приближенном к истинному смыслу значении. Как правило, но не всегда, поскольку слушатель может обнаружить в сообщении такой скрытый смысл, который отправитель не вкладывал в него, т. е. этого смысла там попросту никогда не было. В этом случае мы имеем дело с мнительностью.

Вообще, что касается кодирования и декодирования сообщений, то не все люди владеют (или пользуются) этим умением в одинаковой мере. Степень развитости этих навыков и потребность в их использовании обусловлена такими факторами как социальный статус, гендер-ная принадлежность, контекст или ситуационные признаки. Позже мы еще вернемся к этому вопросу.



 
OD